Почему-то это казалось совершенно правильным и естественным — оказаться лицом к лицу с человеком, построившим Диаспар. Полагаю, вы меня узнали,– обратился к нему Ярлан Зей. — Ну. Ведь я тысячи раз видел ваше изображение. Вы — Ярлан Зей, а это все — Диаспар, каким он был миллиард лет. Я понимаю, что все это мне снится и что ни вас, ни меня в действительности здесь.

— Тогда, что бы ни произошло, вам не следует тревожиться. Поэтому идите за мной и помните, что ничто не может причинить вам никакого вреда, поскольку стоит вам только пожелать — и вы проснетесь в Диаспаре своей Джизирак послушно проследовал за Ярланом Зеем в здание.

Джерейн считает, что сумеет доставить кое-кого из нас в Лис, и я надеюсь помочь ему в эксперименте – даже несмотря на то, что часть моего “я” надеется на его провал. Элвин с возросшим уважением взглянул на своего старого учителя. Он более не преувеличивал силу убеждения и по достоинству оценивал силы, которые могут заставить человека действовать наперекор логике.

Он не мог не сопоставить спокойную храбрость Джезерака и паническое бегство Хедрона в будущее – хотя, научившись лучше понимать человеческую натуру, он уже не осуждал Шута за этот поступок.

Элвин был уверен, что Джерейн добьется задуманного. Возможно, Джезерак слишком стар, чтобы переменить образ жизни, несмотря на все свое желание.

Две колонны были сломаны у основания и валялись на камнях там, где упали. Кроме того, еще две колонны по соседству с ними были выгнуты наружу какой-то неодолимой силой. Пугающий вывод напрашивался сам. Теперь Элвин понял, над чем именно они летали: в Лисе он не раз видел подобное, но до сих пор ошеломляющая разница в масштабах мешала – Хилвар, – спросил он, все еще с трудом осмеливаясь облечь свои мысли в слова, – ты знаешь, что. – Верится с трудом, но мы летим вдоль края загона.

Эта штука – изгородь: изгородь, оказавшаяся недостаточно прочной.

– Люди, которые держат любимых зверушек, – проговорил Элвин с нервным смехом, каким многие заглушают страх, – должны быть уверены, что знают, как уследить за. Хилвар не отреагировал на его вымученную веселость; наморщив лоб, он разглядывал сломанную ограду.

Я бы хотел повидать еще кое-кого в селе перед уходом. Хилвар молча следовал за ним в мирной прохладе дома, через вестибюль, к кольцу из цветного стекла, окружавшему здание. Серанис ждала их там, спокойная и решительная на вид. Она знала, что Элвин старается что-то скрыть от нее, и снова подумала о принятых предосторожностях.

Расположение глаз в вершинах равностороннего треугольника — как и у парящего робота — никак не могло быть простым совпадением. То же самое можно было сказать и о щупальцах, и о маленьких суставчатых конечностях. На этом, однако, сходство заканчивалось. У робота не было — они ему, очевидно, просто не требовались — нежных перьев какой-то бахромы, которая в однообразном ритме била по воде, не было великого множества ног, похожих на обрубки, не было и вентиляционных отверстий, которые с натугой сипели в разреженном воздухе.

Большая часть этого существа оставалась в воде.

Только головные десять футов или около того проникли в среду, которая, похоже, была для этого животного враждебной.

Осторожно высвободив руки, он повернулся и следом за Джизираком отправился в Сердце Алистры изнывало от одиночества, однако горечи она уже не испытывала, когда глядела ему вослед. Теперь она знала, что Олвин не потерян для нее, потому что он никогда ей и не принадлежал. И, приняв это, она стала собираться с силами, чтобы уберечь себя от тщетных сожалений. Олвин едва замечал любопытствующие или испуганные взгляды своих сограждан, когда он и его свита шли по знакомым улицам.

Он все повторял в уме аргументы, которые ему, возможно, придется пустить в ход, и облекал свой рассказ в форму, наиболее для себя благоприятную.

Время от времени он принимался уверять себя, что ни чуточки не встревожен и что именно он все еще является хозяином положения.

Ему было нелегко полностью отождествить себя с роботом, и управление требовало немалого напряжения. Когда он достиг Эрли, уже почти стемнело, и домики плавали в озерцах света. Элвин держался в тени и почти добрался до дома Серанис, когда был обнаружен. Внезапно раздалось сердитое, пронзительное жужжание, и в поле зрения появились огромные машущие крылья.

Элвин невольно подался назад, испугавшихся яростной атаки; затем он сообразил, что происходит.

Криф опять выражал свое негодование по отношению ко всему, способному летать без помощи крыльев. Не желая причинять вред прекрасному, но глупому существу, Элвин остановил робота, вынужденно смирившись с градом сыпавшихся на него ударов. Даже сидя в удобном кресле на расстоянии целого километра, он не мог не вздрагивать при каждом ударе и был рад, когда Хилвар, наконец, вышел наружу, чтобы посмотреть, в чем.

С приближением хозяина Криф удалился, продолжая мрачно жужжать.

В наступившей тишине Хилвар некоторое время разглядывал робота. Затем он улыбнулся. – Привет, Элвин, – сказал. – Я рад, что ты вернулся.

Иногда она казалась Элвину благосклонным диктатором, иногда же представлялось, что она вообще не располагает никакой властью. Пока ему совершенно не удавалось понять общественное устройство Лиса – то ли оно было слишком простым, то ли настолько сложным, что все хитросплетения ускользали от его взгляда. Удалось выяснить лишь то, что Лис делился на многочисленные поселки; Эрли могла служить типичным примером. Но, в сущности, типичных примеров не было вообще, поскольку Элвина убеждали, что каждый поселок стремится как можно больше отличаться от соседей.

Мир пол ними продолжал свое бесконечное вращение. Чувствуя настроение друга, Хилвар молчал, пока наконец Олвин сам не нарушил устоявшуюся тишину. — Когда я в первый раз ушел из Диаспара, я и понятия не имел — а что же я надеюсь найти. — сказал. — Тогда меня вполне мог удовлетворить Лиз, и он меня и удовлетворил, но теперь все на Земле кажется таким маленьким. Каждое сделанное мною открытие вызывало все более серьезные вопросы, открывало более широкие горизонты.

Где, где все это кончится?.

Теперь он следовал своим нестираемым воспоминаниям, вплоть до самого начала. Почти теряясь в сиянии Центрального Солнца, показалась бледная искра света, а вокруг нее – слабые проблески многих других миров. Грандиозное путешествие подходило к концу: еще немного, и станет известно, не было ли оно напрасным.

На это, само собой, уйдет уйма времени, но в конце концов мы сумеем нейтрализовать все страхи, и каждый, кто пожелает, сможет покинуть Уйма времени — это уж точно,– сухо отозвался Джирейн. — И не забывайте, что Лиз едва ли достаточно велик, чтобы принять несколько сот миллионов посетителей, если все ваши вздумают вдруг явиться. Я не считаю, что это так уж вероятно, но и исключать такую возможность не — Проблема решится автоматически,– возразил Олвин.

— Пусть Лиз крохотен, но мир-то — велик.

И с какой стати мы должны оставлять его в распоряжении пустыни. — Экий ты все еще мечтатель, Олвин,– с улыбкой произнес Джизирак. — А я-то все думал — что же еще осталось для .

Эта была ответственность, которой он когда-то искал и взвалил на себя с радостью, но теперь он понимал, что не найдет успокоения, пока эта ответственность будет лежать на. И вместе с тем отказаться от нее означало предать оказанное ему доверие. Он обнаружил, что находится в селений, изрезанном массой каналов, и стоит на берегу большого озера. Разноцветные домики, замершие, словно на якорях, над едва заметными волнами, составляли картину почти неправдоподобной красоты.

Здесь была жизнь, от домиков веяло теплотой человеческого общения и комфортом — всем, чего ему так не хватало там, среди величия и одиночества Семи Солнц.

Здесь он и принял свое решение.

Но они были терпеливы, и он рад был помочь им, ибо их поиски совпадали с его поисками, и они оказались для него первыми товарищами, которых он когда-либо. Никогда в жизни Элвин не мог ожидать, что ему суждено столкнуться с чем-либо столь же необычайным, как этот беззвучный разговор. Трудно было смириться с необходимостью играть в нем не более, чем пассивную роль, ибо он не хотел признаваться даже самому себе, что ум Хилвара в некоторых отношениях далеко превосходит его собственный.

Он мог лишь ждать и поражаться, ошеломленный потоком мыслей, ускользающих за пределы его постижения.

Наконец, Хилвар, очень бледный и напряженный, прервал контакт и обратился к своему другу. – Элвин, – сказал он измученным голосом. – Здесь что-то странное. Я ничего не понимаю. Это заявление несколько восстановило самооценку Элвина, и его чувства, должно быть, отразились на лице, поскольку Хилвар вдруг дружелюбно рассмеялся.

– Я не могу выяснить, что такое. Ванамонд, – продолжал. – Это существо с грандиозными познаниями, но интеллект его кажется совсем маленьким.

Конечно, – добавил он, – его разум может быть столь отдаленного порядка, что мы не сможем его понять – но почему-то подобное объяснение мне не кажется правильным.

High School Hook Ups – Mobile Java


Greetings! Would you like find a sex partner? Nothing is more simple! Click here, free registration!